Ирина Полуянова

Слёзы каменного короля

На самом краю обитаемых земель, там, где восходит на небосвод солнце, в коварных восточных горах, верхушками задевающих хвосты парящих орлов, затерялось каменное королевство.  Высокие скалы, по которым скакали тонконогие козы, окружали, будто крепостной стеной, высокогорное плато, столь приглянувшееся в стародавние времена предусмотрительному светловолосому королю. Но годы правления того короля давно миновали, забрав с собой, как говорили в народе, и прежние дождливые дни, и тайну пропавшей принцессы. С тех пор яркое голубое небо заставляло щуриться глаза жителей восточного королевства даже в зимние дни. Никто из ныне живущих в каменном городе не помнил, как выглядели последние облака, лишь седовласые менестрели устало пели о мифических перьях небесного лебедя, своими крыльями надежно укрывавшего землю от немилосердного желтого глаза в пору правления светлого ликом, но грозного короля. И жители не имели возможности узнать от редких в этих местах купцов, во всем ли мире владычествовало слепящее солнце или только их край лишился небесной влаги и свежего дыхания ветра, так как многие годы путь в затерянное в горах королевство был заказан всем чужеземцам. Причиной столь строгого запрета было незаключенное во времена первого короля перемирие между царствами восходящего и нисходящего солнца. Ходили легенды, что мирный договор не был продлен из-за безмерной любви грозного короля к своей прекрасной дочери, любви, оказавшейся причиной того, что владыка каменного королевства не стал принуждать нежную принцессу покинуть дом ради незнакомого царственного жениха из далеких пустынных земель западного королевства, где уставшее солнце находило свой ночлег. Еще в народе ходили разговоры о заклятье, наложенном на принцессу отвергнутым женихом. Никто не знал, в чем оно заключалось, но все видели, к чему оно привело, – девушка исчезла.

Однако, несмотря на то, что небеса не посылали дождей в каменный город, жизнь в нем не угасала. Она поддерживалась и спасалась глубоким и чистым, как слеза, озером, которое подпитывал ледяной ключ, что вырывался со дна подобно фонтану над гладью вод.  К этому хрустальному озеру на рассвете и приводил на водопой своих козочек молодой пастух Анхель. Его подопечные угощались свежей водой, а юноша плескался в прохладном озере, легко доплывая до середины водоема, где и бил вверх мощный фонтан, пожалуй, даже более высокий, чем статуя светлоликого короля, украшавшая центральную площадь. Накупавшись, он уводил своих козочек к ближним скалам, покрытым хоть и колючей травкой, но вполне притягательной для губ прыгучих акробаток. Козочки были послушны, всегда возвращались на зов к своему пастуху, так что у Анхеля было время на раздумья и мечты. Чаще всего он мечтал о прекрасной доброй девушке с голубыми глазами, волнистые волосы которой широкими водопадами бежали вниз, ласково касаясь нежных предплечий. К концу дня, вдоволь нафантазировавшись и нагуляв здоровый аппетит, как и всё его стадо, он возвращался в город, делая по обыкновению остановку у озера.

В один заурядный вечер заведенный порядок был нарушен. Когда замечтавшийся Анхель доплыл почти до середины озера, он вдруг не обнаружил ледяной струи, стремящейся по обыкновению в синее небо. Вместо нее из воды выглядывал большой блестящий камень. «Наверное, раньше его прятали воды озера, – подумал пастух. – Но если камень выглянул наружу, значит озеро за один день обмельчало на ширину этого каменного лба.  И ежедневно разбираемая людьми вода теперь не восполнится исчезнувшим ключом. Ох, это будет очень плохая весть для жителей королевства». С трудом забравшись на гладкий камень, юноша увидел белоснежное перо, безмятежно лежащее на его покатой поверхности. Оно было так нежно и прекрасно, что Анхель не удержался и коснулся его, но перо, как живое, выскочило из рук и скользнуло в воду. Юноша удивился и поплыл за ним, но перо шустро нырнуло вглубь озера. Ни минуты не сомневаясь и не взглянув на коз, Анхель ушел под воду, преследуя загадочное перышко, подумав, что еще успеет принести печальную весть в сонный город. Легкое перо стремительно, будто тяжелый камень, опускалось на самое дно хрустального озера. Молодой пастух, безрезультатно пытаясь догнать его, уже почти отчаялся и хотел было вернуться за глотком воздуха на поверхность, но тут перышко будто замерло и далось в руки. Но едва пальцы Анхеля коснулись белоснежного краешка, бурный водоворот завертел юношу в бешеном кружении, утягивая на самое дно вместе с только что добытым пером. Юноша, понимая, что настал его смертный час, прикрыл глаза и, погружаясь в последний крепкий сон, с грустью вспомнил о брошенных на произвол судьбы козочках. Но вопреки своим ожиданиям Анхель очнулся не от звука ангельских труб, а по-прежнему в земном обличье, на твердой земле, вздрогнув от холодной капли, упавшей на лицо с потолка полутемной пещеры. Удивительно, но волосы его оказались совсем сухие, будто и не было этой стремительной подводной гонки. Только перо в руке подтверждало, что погружение на дно озера юноше не приснилось. Анхель поднялся и увидел, что в глубине огромной пещеры чуть пробивается свет, и пошел навстречу слабому свечению, и после крутого спуска вниз оказался в центре подземелья.  

Перед глазами юноши предстало волшебное зрелище: куда ни кинь взгляд –  все пространство вокруг было окутано, опутано, поглощено облаками. Анхель сразу почувствовал, что это они, хоть ни разу в жизни их и не видел. Ведь облака были столь же прекрасны, как и песни, слагаемые о них исстари в каменном королевстве. Те, что держались ниже, перед самыми глазами, – чуть сероватые, волнистые, вытянутые, как горные хребты, он даже мог погрузить в них руку, которая тут же терялась в их густоте. Порой глубоко внутри, где пар становился сизым, мелькали короткие вспышки и раздавался раскатистый громкий звук.  Выше, там, куда он уже не мог дотянуться, белыми барашками собрались в молочную пенку пушистые тучки, подобно богатой отаре, заполнившей собою жирное пастбище. В самом верху ажурные длинные перья ровными рядами заполняли весь воздух. Кроме облаков вокруг не было ничего, в белесом тумане скрылся даже потолок пещеры. Анхель потерял счет времени и не понимал, в каком мире он сейчас находится. Или, может, он все же на небесах? Никто ведь не рассказывал, как там на самом деле все обустроено. Юноша растерялся и не представлял, что ему делать и куда теперь идти. Но вдруг нежное перышко, зажатое в руке, кольнуло его ладонь. Он вздрогнул и раскрыл пальцы. Перо подпрыгнуло вверх и поплыло внутрь молочного пара. Анхелю ничего не оставалось, как последовать за ним. Долго ли он шел в густых облаках, юноша не ощутил, но вдруг перышко остановилось, и в этом месте мгновенно рассеялся пар, открыв взору каменный колодец, наполовину заполненный прозрачной водой.  Анхель тоже остановился и подхватил замершее перышко. Испытывая сильную жажду, он без раздумий наклонился в колодец, зачерпнул ладонью ледяной воды и сделал несколько жадных глотков. В этот же миг туман заклубился, на юношу будто повеяло свежим ветром, а высокие перистые облака опустились почти к его лицу, прикрыв, словно крыльями, пух белых тучек. И с самой высоты, куда даже больно было задирать голову, наклонилась к Анхелю изящная длинная шея прекрасного величественного лебедя в сверкающей яркими вспышками короне. Хрустальная слеза с грустным звоном упала в полупустой колодец из глаза белоснежной птицы. Анхель своей чувствительной душой ощутил безмерную тоску и боль, терзающие лебединое сердце. Юноша ласково, с жалостью погладил склоненную к нему голову птицы. И обнаружил маленькую ранку, будто оставшуюся после потерянного перышка. Он не сдержался и прикоснулся губами к этой ранке. Потом разжал ладонь и взглянул на своего белоснежного пленника. И без сомнений вложил маленькое перышко в опустевшее «гнездышко». Перо приросло как родное. Лебедь ярко сверкнул голубыми глазами, и в тот же миг мощный вихрь закрутил облака в стремительном хороводе, раздался раскатистый гром, такой непривычный для слуха, что Анхель даже зажмурился, а потом наступила тишина. Только спустя несколько секунд безмолвия юноша смог открыть глаза. Он стоял на гладком камне в центре хрустального озера. С берега призывно блеяли козочки. Вечернее солнце уже укладывалось на бочок.

Задумчивый Анхель погнал свое стадо в каменный город, чтобы принести землякам печальную новость о пропаже ключа.  На подходе к главным воротам он почувствовал нарастающее движение свежего воздуха, и вдруг пара капель упала на его щеку с теряющего свою синеву неба. Он поднял вверх глаза и впервые увидел над землей небесных барашков, собирающихся в огромную сероватую тучу, внутри которой сверкнула серебристая вспышка. Взволнованный Анхель, подгоняя козочек, помчался со всех ног. Вбежав за ворота, еще на окраине города, он услышал доносящиеся с центральной площади удивленные возгласы, детский смех и радостные голоса менестрелей, громко восхваляющих крылья небесного лебедя. Впервые за сотню лет в городе начиналась гроза. В сизом небе летали копья молний и раздавался медный грохот. Спустя какой-то миг упругие струи дождя уже омывали листья, прибивали пыль, наполняли жадно протянутые к небу ладони. Люди радовались первому ливню, ничуть не заботясь о намокшей одежде. И Анхель, глядя по сторонам, решил, что его новость о пропавшем ключе не имеет значения для танцующих под первым дождем жителей. Он подошел к статуе светлоликого правителя. Небо уже прояснялось, и дождь почти закончился. По щекам короля еще стекали крупные капли. Анхелю вдруг почудилось, что счастливая улыбка на доли секунды оживила каменное лицо. В этот миг юноша будто увидел перед собой живого правителя, из глаз которого текли слезы радости.  И грозный король, смотрящий поверх крыш домов, был счастлив от того, что небесный лебедь вновь обнял своими крыльями его народ и его сердце. Анхель протянул руки, чтобы поймать последние слезы, падающие из глаз короля. Но вместо капли в его ладонь опустилось белоснежное перышко. Юноша прикоснулся губами к этому подарку то ли короля, то ли небес, и перышко, взбудораженное его дыханием, вспорхнуло с ладони и опустилось на землю. Сверкнула завершающая небесный спектакль молния, бросив свое копье у ног юноши. Юноша вздрогнул от неожиданности. Ведь там, где только что лежало перышко, теперь стояла прекрасная девушка с длинными волнистыми волосами и ласково смотрела на него голубыми, как небо, глазами. Такими же чистыми и прекрасными, как глаза того белоснежного лебедя, которого он нежно гладил по склоненной голове. Юноша протянул к девушке руку, и она, улыбнувшись, доверчиво вложила в нее свою. И спустя всего лишь несколько гроз прекрасная светловолосая девушка вышла замуж за доброго Анхеля. И с той поры она каждое утро провожала супруга до берега хрустального озера, правда, теперь не иссякавшего благодаря щедрым тучам. На этом можно было бы и закончить повествование, но, пожалуй, стоит пожалеть читателя и все же раскрыть секрет необыкновенного озера и тайну пропавшей принцессы.

 По утрам, сидя на берегу, молодая супруга рассказывала Анхелю о прекрасной принцессе, заточенной много лет назад мстительным женихом в подземелье под лежащим у их ног озером. Западный принц пустынных земель хотел забрать не столько ее, а скорее, ее волшебные крылья, которые прекрасная принцесса белоснежной лебедушкой раскрывала над королевством, спасая жителей от жажды и неугомонных солнечных лучей. И в отместку за отказ несостоявшийся жених черным колдовством похитил королевскую дочь из любимого дома и заточил под землей в облике приносившего прежде дождь белого лебедя. И должна она была быть там сто лет, пока не иссякнет поток ее слез и не погибнет от засухи каменный город. Только добрая восторженная душа, отнесшаяся к птице по-человечески, могла победить заклятье и освободить пленницу. Но где взять эту душу в подземном мире?.. И колодец ежедневно переполнялся хрустальными слезами принцессы, тосковавшей по покинутому и одиноко стареющему отцу, по родному дому, и чистые слезы фонтаном сквозь дно озера вырывались на поверхность вод. Но когда почти минули обозначенные сто лет, от бесконечных страданий глаза прекрасной птицы уже не могли так быстро наполняться слезами, а значит гибель грозила городу. И тогда нежная лебедь, в отчаянии встряхнула головой и ударилась о край колодца так, что ее волшебное перышко упало в воду, и из последних сил заплакала. Мощный фонтан вынес перо на поверхность. Принцесса надеялась, что оно попадется на глаза доброй, чистой душе, и приведет эту душу в заколдованное подземелье. И добрый человек пожалеет птицу, увидев страдание в человеческом сердце, и исцелит ее рану чистым поцелуем. Только тогда черная магия рассеется, и принцесса станет свободна, а дождь вернется в королевство. Анхель слушал свою прекрасную супругу, ласково касался ее рук, нежно гладил по шелковистым волосам, совсем не сожалея, что его возлюбленная никогда больше не наденет корону. И хоть, конечно, свой королевский долг пред жителями белая лебедь исполняла исправно, принося живительную влагу тяжелых туч в отныне вновь плодородные земли восточного королевства, но она ничуть не мечтала о царской доле, счастливая, что нашла в Анхеле чистую душу не только для спасения белоснежного лебедя и жителей королевства, но и для своего доброго сердца.